Сердце в ладонях: продолжаем разговор с «мастером детских сердец» В. А. Паком
Профессия детского кардиохирурга — это прочный сплав технической точности, огромной ответственности и, конечно, любви. К детям, к своему делу, к жизни.
Доктора в буквальном смысле держат в руках самое хрупкое — сердца малышей, спасая тех, кто только появился на свет. За успешными операциями стоят годы обучения, колоссальная выдержка и умение принимать решения за секунды.
Именно поэтому рассказ об одном из лучших в мире кардиохирургов Виталии Анатольевиче Паке — это история о преданности делу, где профессиональное мастерство неразрывно связано с искренним желанием дарить детям шанс на полноценную жизнь.
Доктор Пак заведует детским кардиологическим отделением в клинике G. Monasterio Foundation (г. Масса, Италия). В первой статье (ссылка) мы рассказали о его профессиональном пути, особенностях работы в Италии и отношении к пациентам из России в европейских клиниках.
В новой статье читайте о том, как спасают сердце размером с орешек, за кем в операционной решающее слово и почему дети не лечатся дома, а едут за границу.
Когда на весах жизнь ребёнка:
как врачи ищут верное решение
Любой выбор в детской кардиохирургии должен быть взвешенным, но где взять такие «весы»? В его профессии нет места рутине и типовым протоколам, считает доктор Пак. Пороки сердца многообразны, и значение имеют десятки факторов. Но фундамент при определении тактики лечения — это всегда академические знания, личная практика и постоянный обмен опытом.
Даже если я не летаю на все профильные конференции, то постоянно общаюсь с коллегами, поддерживаю связь со специалистами из других стран, читаю новые научные статьи и книги по кардиологии. Так делаю не только я, но и весь персонал клиники.
Каждый маленький пациент кардиохирурга нуждается в индивидуальном подходе, а малейшая неточность может стать фатальной. Есть даже абсолютно уникальные случаи: очень редкие пороки, которые встречаются два-три раза за врачебную практику.
У нас «простых» детей не бывает. Каждый ребёнок, выражаясь сухим языком медиков, — это сложный клинический случай. Каждый требует особого внимания. А если добавить сюда характер, темперамент и историю восстановления после операций, то получится целая книга.
Поэтому, конечно, решение о том, как «починить» сердце, принимается не одним человеком, а коллегиально. С учётом всех нюансов здоровья, опыта предыдущих вмешательств и мнений других врачей — реаниматологов, анестезиологов, узких специалистов.
Крошечное сердце и большая надежда: истории, которые доктор запомнил навсегда
Пациентами Виталия Анатольевича за 20 лет работы были сотни детей. Помнит ли он всех? Конечно! Но есть и такие сердечки, которые заняли особенное место в сердце самого доктора.
Одно из них — «сердце размером с грецкий орех» у недоношенного малыша со сложным пороком. Операция прошла успешно, и это был очень вдохновляющий опыт.
Мы смогли подобрать для крохи решение лучше, чем-то, что предлагали коллеги из другой страны. Найти вариант, который поможет ребёнку жить более полноценно, более активно, для меня — большое профессиональное удовлетворение и настоящая человеческая радость.
Выбирать метод лечения — это очень ответственно, особенно когда твоя позиция не сходится с мнением многих уважаемых коллег. Ведь на кону детская жизнь.
Это не конкуренция среди врачей, а просто желание помочь. Да, идти наперекор мнению других хирургов с большим опытом внутренне сложно. Но когда всё получается, ты коренным образом меняешь будущее ребёнка.
Когда путь к здоровью — тысячи километров: зачем дети едут лечиться за границу
«У нас можно сделать то же самое бесплатно! Зачем эти многомиллионные сборы на операции за рубежом?»
Вопрос, в котором звучит недоверие и даже осуждение, нередко слышат родители и благотворительные фонды. Чтобы осветить ситуацию с профессиональной стороны, мы задали его доктору Паку.
Если ребёнок приезжает на операцию к нам, значит, дома для него уже сделали всё возможное. В России есть клиники мирового уровня, где оперируют очень сложные пороки. Я как специалист знаю, о чём говорю. Но иногда опытные кардиохирурги сами советуют родителям искать варианты за границей.
Виталий Анатольевич подчёркивает, что дело не в квалификации врачей. Он относится к российским коллегам с большим уважением и, уже будучи признанным светилом детской кардиохирургии, в сложных случаях консультируется со своими университетскими наставниками.
В России есть отличные доктора. Уверен, они успешно провели бы те операции, которые выполняет наша команда. Но, к сожалению, пока нет такой же сильной реанимации. А значит, нет гарантии, что ребёнок выживет, даже если хирург сделает всё зависящее от него.
Разумеется, категорично в лечении никто не отказывает: формулировки в официальных документах достаточно осторожные. Но суть в том, что иногда дома предлагается лишь поддерживающая паллиативная терапия. Конечно, родители не могут смириться и просто наблюдать, как их ребёнок угасает.
Мы понимаем: если люди приехали издалека, то это их единственная надежда. Других вариантов просто нет. В таких ситуациях я оцениваю риски: если есть хоть маленький шанс спасти, мы будем его использовать. И будем стараться помочь всем, кто к нам обращается.
Не только операция:
доктор, который остаётся рядом
Даже успешная операция не всегда становится финишной чертой в марафоне борьбы за здоровье. Поэтому Виталий Анатольевич старается поддерживать контакт с семьями из других стран.
Родители сообщают о самочувствии, описывают изменения, новые симптомы. Мы консультируемся по дальнейшим обследованиям. Я всегда стараюсь ответить и написать своё мнение.
А ещё у доктора есть добрая традиция: перед выпиской навещать маленьких пациентов, чтобы ответить на оставшиеся вопросы, пожелать счастливого пути и сделать общее фото на память.
Когда малыш подрастёт, родители, возможно, покажут ему врача, который оперировал его. Это ценно и приятно для меня.
Такие тёплые кадры с выдающимся «мастером детских сердец» есть или скоро появятся у 30 подопечных нашего фонда!
У каждого детского сердца должен быть шанс
История доктора Пака напоминает: за спасённой жизнью стоит командная работа — врачей, родителей, фонда. И, конечно, поддержка неравнодушных людей. Ведь чтобы семья смогла пройти этот путь, часто нужна помощь.
Сейчас среди наших подопечных есть ребята, которые тоже ждут спасительного шанса. Для них каждая неделя, каждый день — на вес золота.
